Скачать книги категории «Русская литература»

Неприятный человек неожиданно достал бейсбольную биту и изо всех своих недюжинных сил стал методично бить по впереди стоящему автомобилю. В разные стороны полетели стекла. Еще мгновение, и машина превратилась в груду мятого металла и стеклянной крошки. Человек с битой так же деловито сел в свой автомобиль. От физической нагрузки лицо его раскраснелось.

Ужас от происходящего заполнил юную душу Алены. Там, в ее душе, не было более места ни для чего, кроме страха. Алена забыла кто она, на какой она едет машине и уж тем более, какие сигареты курит…

Всем известно, что Сергей Носов – прекрасный рассказчик. В новой книге собрана его «малая проза», то есть рассказы, эссе и прочие тексты, предназначенные для чтения как вслух, так и про себя широким кругом читателей. Это чрезвычайно занимательные и запутанные истории о превратностях жизненных и исторических обстоятельств. Короче, это самый настоящий музей, в котором, может, и заблудишься, но не соскучишься. Среди экспонатов совершенно реально встретить не только предметы, памятники, отверстия, идеи и прочие сущности, но и людей, как правило – необыкновенных – живых и умерших.

Что происходит с человеком, когда он устремляется на покорение карьерных высот? И какую цену приходится платить за стремительное восхождение?

Это книга об амбициях властолюбцев и о тех, кто попал во власть случайно. И еще, конечно, о любви.

"Эта роза с самым длинным стеблем, которые только бывают у роз. И самая дорогая, конечно. Если это важно. Я держу её в руках – стебель постукивает по коленям в такт шагам. Лепестки, холодные и бархатные, иногда касаются моей щеки.

Первый раз в жизни я получаю розу в подарок – и как же она мне не нужна!

Но я иду с розой домой.

А в метро сидит человек. Его глаза завязаны бинтом, вокруг везде кровь…"

Рассказ-миниатюра о том, как причудливо расставляет судьба силки на тех, кого хочет сделать мужем и женой.

Роман «Патриот» – это книга о тех, кто любит Родину… за деньги. За деньги налогоплательщиков.

Вчерашнему откатчику Герману Кленовскому поручают возглавить приоритетное направление – внедрение в неокрепшее мозги идеи "вертикали власти". Гера понимает, что работать надо с интернетом. Именно там собирается огромная аудитория – лояльные граждане и будущие бунтари. Одним словом, электорат, который нужно обратить в новую веру – патриотизм.

В острых рассказах и повестях Александра Мелихова любовь и смерть предстают в нерасторжимом единстве, в котором подлинность или фальшь любовного союза высвечиваются именно смертью.

В сборник вошли следующие произведения:

Проба пера

Испытание верности

Пробуждение

Настоящий мужчина

Бескорыстная

Лорелея

Новорусские помещики

Герои Верещагина – временами смешные, временами трогательные – твердо уверены, что они отлично знают, в чем смысл жизни, что они приспособились к реалиям времени и крепко стоят на ногах. Но коллизии, подстроенные для них автором, неизбежно возвращают персонажей книги к началу – к вечному поиску смысла. Автор умеет закрутить авантюрный сюжет. Однако не менее увлекательны страницы, на которых, казалось бы, ничего не происходит – даже тут читатель неотрывно следит за историей, рассказанной умелым, наблюдательным и очень неглупым рассказчиком.

Татьяна робко перешагнула порог брачного агентства с обнадеживающим названием «Шанс». Молодая женщина, сидевшая перед компьютером, окинув посетительницу неприветливым взглядом, спросила:

– Что Вы хотели?

«Странный вопрос», – растерянно подумала Татьяна. Может быть, я не туда попала?»…

Долгое время я была уверена, что родилась двадцать второго апреля, в начале второй половины прошлого века в маленьком дальневосточном городке на реке Уссури, названом в честь поэта Вяземского. Позже узнала, что поэт здесь ни при чём, а город назван именем Ореста Вяземского, начальника Управления по сооружению Уссурийской железной дороги. А ещё позже узнала, что родилась не двадцать второго апреля. И так всю жизнь – сначала я была в чём-то уверена, а потом разуверялась…

В Мюнхене гидом оказалась русская Ольга, бывшая жительница Питера. В автобусе они с Ниной сидели рядом, и так уж получилось, что чуть больше информации доставалось Нине, особенно информации о личной жизни женщины. Так журналистка узнала и порадовалась за Ольгу, что она живёт в самом престижном районе миллионеров, что недавно она сделала дорогую пластическую операцию…

«… Олег был уверен, что это испуганное пухлое личико будет стоять у него перед глазами до конца его дней, но осенние дожди смыли это лицо вместе с летней пылью…»

«… Однако к прибытию энергичного милицейского наряда они уже успели обо всем договориться. Дверь разбили хулиганы, она испугалась и вызвала мужа. Да, она знает, что посторонним здесь не место, но случай был исключительный. А потому не подбросят ли они его до дома, им же все равно нужно патрулировать? …»

"… Страшно было подумать, сколько лет было упущено, однако Серафима Семеновна не собиралась складывать руки и ноги. Она уже давным-давно была в разводе после двух с половиной лет еще более унылого брака, но теперь, на пятом десятке, у нее появились любовники – кто ищет, тот всегда найдет… "

"… Инфаркт, осенила радостная догадка, но он не смел поверить своему счастью. Он пошевелил губами, и лицо склонилось ниже. «Скажите, мне можно будет жить половой жизнью», – одними губами прошелестел Иридий Викторович. Окружающим было не слышно, а перед доктором в качестве пациента он имел право на такую вольность.

У врача от неожиданности вырвался хрюкающий смешок …"

"… Она специально не стала запирать дверь. Поплескалась, подождала – тишина. Она прошлепала по малахитовой плитке к двери и приоткрыла ее. Снова поплескалась. И снова никакой реакции. Ну и урод, где его только воспитывали!

Она снова прошлепала к двери, просунула голову, покричала в холл:

– Принеси, пожалуйста, полотенце!…"

«…А потом он снова удалился в ванную, снова поплескался и снова вышел во всеоружии. На этот раз он уже не торопился, и она по очереди кусала то верхнюю, то нижнюю губу, чтобы не вырвался слишком громкий стон, чтобы не услышали ангелы-хранители у райских врат. Но когда он проделал ту же процедуру в третий раз, она даже немножко встревожилась и вернулась в образ заботливой матери: послушай, остынь, тебе же не двадцать лет!…»

"… А роман дяди Изи с его сорокалетней бухгалтершей пошел ко дну, когда она представила ему шантажный перечень, по которому ей причиталось двести тонн гринов. Дядя Изя не стал бы портить отношения с любимой женщиной из-за такой мелочи, но она имела глупость ознакомить со своими законными требованиями людей намного более серьезных… "

"… А не так давно я вновь повидал Шестинского в Переделкине. Подарил ему свою повесть – результат двухмесячного пребывания на земле Господа Бога, в государстве Израиль – «Взгляни на дом свой, путник». Олег прочел и обиделся, разглядев в повести то, чего там не было. Решил, что я пытаюсь упрятать Иисуса Христа в его босоногое детство, проведенное в Назарете, отнять Иисуса у человечества, оставить его навсегда иудеем. Таков, мол, пафос повести. Я думал, что Олег шутит, но он, увы, был серьезен до уныния. И сказал важно: «Я всю жизнь был верующим христианином!» (что меня удивило – что-то я не примечал его у Врат Божьих на земле), но тут же добавил веско: «Мысленно!»

Я развел руками…"

"… Путевая повесть «Breakfast зимой в пять утра» явилась итогом поездки из Нью-Йорка в Калифорнию по железной дороге. Много книг-путешествий написано об этой воистину великой стране. Путешествовали кто пешком, кто на автомобиле, кто на лошадях, кто по рекам и озерам – описывали увиденное, а вот из окон поезда компании «Амтрак», кажется, еще не было. Обозначил я жанр книги как «Дорожные записки, сложенные в повесть-документ»…"

Маленькая повесть в шести новеллах о военном детстве.

"… Прошло много лет, как я уехал из города, где родился.

Но в памяти моей он сохранился все таким же – под тяжелым, яростным солнцем, полным липкого морского ветра.

Ветер надувал развешанные по дворам на веревках простыни, рубашки, наволочки. И город казался огромным парусником, если можно представить кривые улочки, древнюю крепость как корабельные надстройки…

В те годы по утрам меня будили зеленщики, старьевщики – мелкие продавцы мелкого товара. …"

"… Все дальнейшее произошло в какое-то мгновение. На повороте дороги автомобиль вильнул в сторону. Правая группа колес провалилась в яму на обочине. Машина резко накренилась. Клямин удержал бы руль. Но Антонина в своем слепом упрямстве продолжала загораживать ему обзор. Клямин вцепился в баранку обеими руками и вдруг почувствовал мощный глухой удар. «Камень пошел, – мелькнуло в голове Клямина. – Ну, все!» …"

"… В детстве у меня была мечта – обладать вертолетом. Такая игрушка: срываешь с винтового стержня пропеллер, и он взмывает к небу. Красота! Игрушка стоила три рубля. Я стянул трояк из маминого кошелька, но был пойман с поличным. Дело передали отцу. И мой добрый папа впервые попытался меня крепко проучить… Я бегал вокруг овального обеденного стола, роняя стулья, что высокими спинками чинили препятствия разгневанному папе. К тому же, во спасение шкуры, я орал о том, что я им не родной сын, что был бы я родным сыном, они не довели бы меня до крайности, а сами купили бы мне вертолет. Довод этот привел в ужас маму. Она выхватила на лету папин пояс и стала кричать, что ей плевать на эти деньги, что она ошиблась, что она потеряла этот несчастный трояк… Соседи с удовольствием вслушивались в мои крики – многим из них я причинял мелкие неудобства. Они шумно радовались расправе и советовали папе не поднимать стулья, а перепрыгивать через них. Папа внял их совету, попытался перепрыгнуть, но неудачно. Он подвернул ногу… А я победителем вышел во двор, запустил вертолет, и пропеллер, по закону свинства, разбил стекло соседу Сурену, который громче всех советовал отцу. Словом, бесконечная история…"

Книга, номинированная на Букеровскую премию, буквально взорвала отечественный книжный рынок и обрела не просто культовый, но – легендарный статус!

Повесть, в которой тема взросления будто переворачивается с ног на голову и обретает черты сюрреалистического юмора!

Книга, в которой гомерически смешно и изощренно зло пародируется сама идея счастливого детства.

Чуткий и умный Санаев все правильно понял. Оттого ценность его повести возрастает, и ей гарантировано место в истории русской литературы.