Скачать книги категории «Детективы»

Банкир Евгений Терновский исчез среди бела дня. Этот же день оказался роковым и для его шофера и телохранителя Сергея. Узнав, что в его квартире кто-то «хозяйничает», он примчался домой и «застукал» в ванне труп неизвестного мужчины. Пока Сергей около дома дожидался прибытия опергруппы, труп… исчез. Частный детектив Татьяна Иванова связывает исчезновение банкира с загадочным происшествием в квартире Сергея. Но для того, чтобы разобраться в хитросплетениях этого преступления до конца, Татьяне ничего не остается, как к своим профессиональным навыкам добавить чуточку женской стервозности. А иначе с мужиками и не разобраться…

Страшное преступление потрясло провинциальный город. Изнасилована и зверски убита юная девушка. Рядом с ней найден и сам убийца – в состоянии сильного наркотического опьянения, с окровавленным ножом в руках. Газеты и телевидение взахлеб сообщают подробности. Замкнулась цепь серийных преступлении маньяка. Но почему шантажируют детектива Таню Иванову, нанятую женой обвиняемого для частного расследования! Почему угрожают 'Мы пойдем на все' ? Кто эти 'мы' ей неизвестно. Но лучше рискнуть, чем после корить себя в том, что не помешала осудить невиновного.

«…Она все прекрасно поняла. Ее тонкие пальчики сцепились друг за друга, а губы слегка подрагивали.

– Вы что, настаиваете, что все эти письма представляют реальную угрозу?

Я взглянула на Ларчика. Он сидел, нахмурившись.

– Но ведь этого не может быть, – пробормотала Таня. – Я же не звезда какая-то там… Нет, я читала про разных маньяков, конечно, но ведь они так поступают только со знаменитостями! А я…

Она растерянно таращилась на нас. А у меня язык не поворачивался ни подтвердить наши предположения, ни опровергнуть их…»

«…эту идиллию и нарушил внезапный звонок в дверь. Сначала я, ей-богу, не заподозрила ничего дурного – это могли быть только Пенс или Лариков, поэтому дверь распахнула во всю ширь и замерла.

Передо мной стоял совершенно неизвестный мне человек с недобрым взглядом узких маленьких глаз, и, судя по выражению его лица, эта встреча мне ничего хорошего не предвещала.

Отвратительное у него было лицо, прямо скажем!…»

«…С Игорем Воронцовым я встретилась у дверей ванцовского кабинета. Я собиралась туда войти, а Игоря выводили под конвоем.

Первая мысль, которая пришла мне в голову, когда я его увидела, что Ванцов зачем-то арестовал Даймона Хилла. Настолько этот парень был похож на моего и Пенсова любимца, известного гонщика «Формулы».

На одно мгновение наши глаза встретились, и я сразу же отвела взгляд, потому что видеть такую боль, поверьте, было непереносимо. Кстати, говорят, боль – как заразная болезнь – очень легко передается. Может быть, по этой причине люди не любят встречаться с человеческим горем, а тут оно хлестало через край, выплескиваясь из этих добрых и умных глаз.

Я не оговорилась, у него были именно такие глаза. Вот представьте себе, человека выводят из кабинета следователя, то бишь передо мной – преступник, но его глаза были глазами очень хорошего человека.

Я потом обернулась и долго смотрела ему вслед…»

«…Рядом со мной притормозил роскошный «Рено», дверь его распахнулась, словно дверца кареты перед Золушкой.

Увы! Я не отношусь к тем глупеньким дамочкам, которые почтут за счастье общение с нынешними «принцами»!

Поэтому я постаралась сделать вид, что ослепла и никаких таких «Рено» с гладенькими, как пасхальный кулич, водилами не вижу.

– Садитесь, – не выдержал незадачливый «принц».

Я покачала головой.

– Почему? – искренне удивился он, еще держа на своем лице самодовольную улыбку.

– Я боюсь, – мило улыбаясь, сообщила я. – В городе бродят сексуальные маньяки…

– Разве я похож? – огорчился он довольно искренне. – Мне говорили, я обаятельный…

– А маньяки бывают очень даже обаятельные, – холодно парировала я, делая шаг к подошедшему троллейбусу. – Пока!…»

«…– Вы продаете искуственные цветы и духи, – рассмеялась я.

– Почему? – удивился он.

– Потому что меня не интересует, чем вы тут занимаетесь, – фыркнула я. – Наверняка ваш бизнес нелегален, иначе вы обратились бы в милицию за помощью. Но вы предпочли частное агентство, значит, у вас рыльце в пушку…

Хорошо, что всю эту фразочку я выдала на французском языке, которого мой милый Ларчик не понимает!

А то его возмущение перевалило бы за шкалу допустимого и от меня бы ничего не осталось!

Но собеседника моя фраза лишь слегка удивила – он вскинул брови, и позабавила, потому как он внезапно расхохотался.

– А вам палец в рот не клади, – проговорил он, когда успокоился. – И это хорошо. Моя Этель такая же. Хотя ничем предосудительным я не занимаюсь.

– Ну, это кто как понимает, – усмехнулась я. Иностранец меня начал забавлять. Этакая полудетская, наивная наглость! – Так что у вас с Этель? Только если она собиралась замуж, раздумала, а вы уже напряглись настолько, что не можете пойти на попятный и решили впихнуть несчастному жениху меня, я не согласна!

– Если бы все было так, – развел он руками. – Но увы! Все гораздо страшнее и хуже!…»

«…Звонили нам теперь так часто, что хотелось оглохнуть. И требовали тех самых услуг, на которые я, признаться, не больно-то горазда. Если Ларчик откровенно забавлялся и даже предлагал мне в свободное время немного подработать, то меня это уже начинало бесить.

Особенно после сегодняшнего хамства.

А все дело в том, что какой-то сутенерше пришло в голову устроить контору, работающую по принципу «секс по телефону». И так получилось, что наш номер почти полностью совпадал с их телефоном – разница была лишь в одной цифре.

Вот мы и мучались с неведомыми нам клиентами, которые нередко начинали свои разговоры с шокирующих признаний в своей сексуальной распущенности…»

«…Лариса стояла в довольно многочисленной для этого позднего часа толпе людей, окруживших тело, и не отрываясь смотрела на мертвую девушку. Это продолжалось вот уже несколько минут с того момента, как, пробравшись сквозь толпу, она увидела и узнала ее.

В первые секунды в ее сознании зародилось какое-то чувство нереальности всего происходящего. Девушка, лежавшая на тротуаре, выглядела словно кукла, выброшенная на улицу вздорным ребенком. На ее губах застыла странная умиротворенная улыбка – неизменный спутник многих, ушедших из жизни внезапно…»

«…В половине девятого с завтраком было покончено, и Филимонов в сопровождении Игоря вышел на улицу. Сразу же их ослепили яркие лучи июльского солнца. Филимонов забыл дома солнечные очки и поэтому тут же закрыл глаза ладонью.

«Черт побери», – только и успел подумать он, как внезапно ноги у него подкосились, и он упал на асфальт перед своим подъездом, больно ударившись локтем.

Рядом послышался сдавленный стон. Какие-то неизвестные напали на его охранника Игоря и двумя достаточно профессиональными ударами сбили его с ног. Нападавших было трое. Когда Игорь оказался на земле, хулиганы, в нарушение всех правил честного боя, буквально замесили его ногами, вдобавок еще и выкрутив руку. Игорь издал еще один сдавленный звук и, немного погодя, затих.

После этого Филимонов, который сделал попытку подняться с асфальта, получил удар кулаком в лицо.

– Вы кто? – спросил он, снова оказавшись на земле и не видя нападавших в лицо. – Что вам надо?…»

«…Карташов бросил книгу на стол. Лариса тут же прочла название и фамилию автора: «Марина Николаева. Ночная кобра».

– Эта книга лежала прямо на трупе, – пояснил он. – Убийца, по всей видимости, засунул эту книгу ей под кофточку.

Василий потянулся за книгой, и выражение его глаз было каким-то бешеным.

– Марина Николаева? – спросил он как бы сам себя.

– Да, а что, вы ее знаете? – Карташов, несмотря на зубную боль, не потерял способности быстро реагировать.

– Нет, – протянул Василий. – Но…

– Что «но»?…»

«…Сомнения начали одолевать его, когда он, уже нагрузив свой пакет выпивкой и едой, сидел в машине, которая увозила его в район аэропорта, где жил его приятель Фомин и где сейчас его ждала супруга приятеля, экстравагантная и экзальтированная мадам Екатерина Удальцова.

Водитель включил музыку и оценивающе посмотрел на Лохмана. Тот сидел молча, со скептическим выражением лица уставившись в лобовое стекло. Противоречивые мысли одолевали его. Несмотря ни на что, Фомин был его другом, не раз выручал в трудных ситуациях, но жизнь распорядилась таким образом, что сейчас ему предстояло сдать Бориса со всеми потрохами, чтобы отстоять свои любовные интересы и просто из чувства обиды.

Машина подъехала к очередному перекрестку. Сейчас она повернет на Астраханскую и выедет на финишную прямую. Зеленый сигнал светофора, включенный поворотник, и…»

«…Именно в этот момент зазвонил телефон, и я бросилась к нему, так как звонить могли два человека – Лариков, которому я высказала бы все, что думаю по его поводу, или клиент, которого я дожидалась.

– Алло, – сказала я в трубку, пытаясь придержать дыхание, участившееся после моих «рокнролльных» пируэтиков.

– Саша? Андрея Петровича нет?

Я сразу узнала голос Ларикова друга и учителя Медведева. Из прокуратуры. Он явно был чем-то озабочен.

– Нет.

– А когда будет?

– Понятия не имею, – честно призналась я. – Что-то случилось?

Он замешкался, явно раздумывая, относиться ли ко мне как к ребенку, взятому Лариковым на воспитание, или как к взрослому человеку. Наверное, его прижало круто, потому как он решился и выпалил в трубку:

– Понимаешь, Саша, он нам очень нужен. Обнаружено тело неизвестного мужчины, пятидесяти примерно лет. Документов при нем нет, кроме одной визитной карточки – Андрея Петровича Ларикова. И, судя по месту обнаружения, он направлялся к вам. То есть я не исключаю такой возможности. Не мог бы Андрей Петрович опознать этого человека?

В моей груди шевельнулось нехорошее предчувствие…»

«…Подъехавший к дому джип разбавил холодный воздух тишины громкими звуками музыки. «Очередная бессмыслица, понятная только таким же безмозглым людям, – усмехнулся он. – «Если бросишь ты Муму…» Господи, и как они слушают этот бред? Впрочем, они и сами воплощение этого бреда!»

Из джипа вылез парень. Короткая стрижка, ровные мускулы. Красивый парень. Но вот глаза у этого парня… Сейчас-то, в наступившей темноте, их не видать. Но он-то помнил. Он помнил их безжалостную сталь, холодную насмешку. Он помнил все…

Поэтому дрожащими пальцами стиснул револьвер, проклиная себя за вот эту, накатившую так внезапно, волну страха и жалости.

Ровный затылок.

– До завтра, – махнул рукой парень.

Джип отъехал, увозя с собой музыкальное сопровождение.

Парень быстрыми шагами направился к дому.

– Даже в этом я не могу тебе помочь, – грустно пробормотал человек с револьвером. – Даже в этом. Я не могу убивать. Не умею…»

«…Негромко хлопнула входная дверь. Удивленный Инкин возглас, потом три сухих щелчка. Я расслышала их, несмотря на игравшую музыку. Едва успев натянуть то, что следовало, я вылетела из туалета. Дверь в квартиру была распахнута. Чуя неладное, я вбежала в гостиную. Инка лежала на полу, хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Только у рыбы кровь не такая красная или вообще не красная, не знаю. У Инки же на груди, там, где ее гладкое тело было прикрыто халатиком, образовалось и продолжало набухать сочно-алое влажное пятно.

Я метнулась к телефону.

– Срочно, – крикнула я в трубку, назвав Инкину фамилию, – огнестрельное ранение…»

«…из коридорчика, ведущего к туалету, выбежала одна из девиц, которые подпирали стену.

– Ой, блин, убили, убили, – заголосила она истошным голосом, показывая в сторону туалетов, – Настюху убили.

– Ленка, – детина в камуфляжной форме оторвался от газеты, – кончай орать.

– Настю Белову убили, – сказала девица на полтона ниже и приложила ладонь ко рту.

– Хватит пургу нести, – недоверчиво сказал охранник, но на всякий случай схватился за дубинку, висевшую на поясе.

Наверное, любопытство родилось раньше меня. Оставив Шилкина у гардероба, я двинулась следом за охранником, на ходу снимая с плеча «Никон». Миновав туалет, мы очутились в небольшом закутке, где была лестница, ведущая наверх. На каменном полу лежала девушка лет двадцати, а может, моложе: толстый слой косметики не позволял определить точный возраст…»

В московском отеле «Метрополь» остановился американский бизнесмен. Однажды утром горничная обнаружила его обезглавленный труп. Первые же следственные мероприятия показали, что покойный был… дважды судимым российским мошенником.

Так начинает раскручиваться дело об афере с драгоценностями Гохрана, вывезенными за границу в качестве залога валютных поступлений в Россию и канувшими в неизвестность.

Следствию всячески мешают «заинтересованные» лица. И тогда к розыску преступников привлекается частное охранное предприятие «Глория».

«…Ровно через полчаса после Катькиного звонка я стояла перед дверью ее квартиры в предвкушении сытного и вкусного обеда (Катька превосходно готовила) и чего-то «интересненького», как она выразилась. Только вот дверь она мне открывать не торопилась. Надавив на кнопку звонка еще раз, я в задумчивости опустила руку на дверную ручку. Дверь под нажимом руки подалась, и моему взору предстала ужасная картина: в прихожей ярко горела люстра, освещая чисто вымытый пол, на котором лежала Катька. Почти в самом центре груди торчала рукоятка ножа. Крови было немного, наверное, потому, что убийца не вынул нож, а оставил его в теле…»

«…Это была длинная мелодия, поэтому еще несколько минут в гостиной царила темень. Один раз кто-то, сопя, прошел совсем близко от меня, но так как я сидела на полу, меня не нашел. Наконец музыка кончилась, и вскоре в комнате загорелся свет. То, что мы увидели, напоминало скорее кадр из фильма ужасов, чем праздничную реальность. На полу, почти посредине комнаты, лицом вниз лежала Галина. Ее черные волосы веером разметались по ковру, руки вдоль тела, одна из них неестественно вывернута. На красной шерсти жакета расплывалось пятно темно-алого цвета – цвета крови. В центре этого кровавого пятна торчала рукоятка ножа. Того самого ножа, которым Слава-повар резал гуся.

Никто не издал ни звука, я видела, как Авдеева поднесла ладонь ко рту, словно загоняя назад крик, готовый вырваться из ее груди. В этот момент дверь в гостиную распахнулась, и Антон бодрым голосом произнес:

– Шампанское заказывали?…»

Новое дело «господина адвоката» — дело совершенно необычное. В убийстве государственного чиновника высшего ранга обвиняется его любовница, роскошная куртизанка, современная московская гейша. На нее указывают все улики. В ее виновности не сомневается никто — кроме «господина адвоката». Он начинает собственное расследование, и внешне простое дело постепенно разматывается, как клубок лжи и интриг, подставок, подкупов и покушений. И «господина адвоката» не покидает ощущение, что даже это — еще только вершинакриминального айсберга…

Преступник совершил заказное убийство — и был арестован. Преступник ждет суда. Все просто. Все ясно? Но почему же тогда от «господина адвоката» требуют, чтобы он отказался защищать этого человека? Кто стоит за этими просьбами и угрозами? Что-то заложено вэтом деле — пока еще непонятное. Что-то здесь — не то, чем кажется. «Господин адвокат» начинает задавать вопросы — и очень скоро понимает: ответы — последнее, что он может узнать в жизни…