Скачать книги категории «Биографии»

Эта книга посвящена жизни автора во Франции. Писатель увидел издалека, «в обратной перспективе» тысячелетнюю Россию – страну, открытую небу и будущему. А вблизи на его глазах рушилась некогда прекрасная, горделивожестокая, предавшая себя страна – Франция. За минувшую треть века вместе со всем западным миром она превратилась в яростную гонительницу всего русского – языка, веры, культуры, истории, мировоззрения. Как остаться собой на чужбине, во враждебном окружении? Понять, что на родной земле без тебя «народ неполон»? «Русский европеец», «русский евразиец» – неверные определения русского всечеловека. Русскими не только рождаются, ими становятся, избирая великую судьбу, заражаясь волей к жизни и борьбе, любовью к иным народам, стремлением к правде, справедливости и человечности.

Предназначена для самого широкого круга читателей.

Викентий Вересаев (1867 – 1945) – русский писатель, переводчик, литературовед. Лауреат Пушкинской и Сталинской премий. В его творческом наследии – переводы, жизнеописания известных исторических личностей, мемуары, документалистика, литературоведческие работы.

Очередной библиографический справочник, или краткая биография поэта, нет, вас ждет нечто необычное – встреча с «живой» книгой о живом Пушкине. Таким, каким быть может мы его и не представляли: как он выглядел, как учился, о чем думал и мечтал, о его друзьях и врагах. Это повествование прежде всего, о Пушкине-человеке и лишь потом о великом Пушкине-поэте. Его облик воссоздан по воспоминаниям его современников и историческим документам. Вот, как сам В. Вересаев писал об этом: «В течение ряда лет я делал для себя из первоисточников выписки, касавшиеся характера Пушкина, его настроений, привычек, наружности и пр. По мере накопления выписок я приводил их в систематический порядок. И вот однажды, пересматривая накопившиеся выписки, я неожиданно увидел, что передо мной – оригинальнейшая и увлекательнейшая книга, в которой Пушкин встает совершенно как живой…»

Мы живы, пока нас помнят. Посвящается каждому человеку моей семьи. Только читая мемуары, разговаривая с родственниками, я почувствовала себя по-настоящему частью чего-то важного, чего-то своего, в чем есть сила и поддержка для меня сейчас. Сопричастность.

Серия «Удивительное страноведение. Калейдоскоп вопросов» полезна для расширения кругозора и профориентации. Каждая тема в серии рассматривается через 15 вопросов, которые создают импульс для самостоятельного исследования, сравнения одной страны с другой, поиску закономерностей и различий.

Как показала жизнь в изоляции во времена COVID-19, музыка – это то немногое, что помогает обрести душевное равновесие.

Журналист и обозреватель культурных событий на сайте еженедельника «Наша версия» Роман Егоров собрал в гид статьи, которые писал о золотом фонде рок- и поп-музыки все три ковидных года. The Beatles, The Rolling Stones, Боб Дилан, Queen, Black Sabbath, «Кино», The Beach Boys, Александр Башлачев и их юбилейные пластинки – в ярком, эмоциональном и трогательном исследовании.

Читайте 25 занимательных рассказов о лучших музыкальных образцах второй половины XX века, чтобы примириться с тревожной действительностью и узнать больше о культовых музыкантах.

Мемуары старшего лейтенанта Степана Глазкова о жизни его родных до революции 1917 года и о Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.

Через тысячи лет археологи Будущего при раскопках на территории России станут натыкаться на индейские томагавки и костяные нагрудники с латунными бусинами в стиле индейцев племени кайова… И придут от этих находок в крайнее недоумение и даже решат переписать всю историю человечества заново. Но потом найдут в библиотеке эту книжку и с облегчением выдохнут:«А-а-а! Теперь всё ясно. Это просто какие-то ненормальные баловались…»Извините нас, товарищи археологи.

«…Митрополитом был поставлен тогда знаменитый Макарий, бывший дотоле архиепископом в Новгороде. Этот ученый иерарх имел влияние на вел. князя и развил в нем любознательность и книжную начитанность, которою так отличался впоследствии И. Недолго правил князь Иван Шуйский; скоро место его заняли его родственники, князья Ив. и Андрей Михайловичи и Феодор Ив. Скопин…»

В течении тысячелетий евреи подвергались притеснениям и дискриминации. Их изгоняли из стран проживания, убивали, вешали, сжигали живём, травили в газовых камерах. Только за то, что они евреи. Эти времена уходят в прошлое. Антисемитизм, как и вообще ненависть к другим нациям, становится, атавизмом, делом грязным и позорным. Таким же аморальным, как расизм, наркомания или, скажем, педофилия. Не знаю, какое будущее ждёт землян. Никто не знает. Одно ясно. Это будет будущее без антисемитизма.

Жан-Жак Руссо (1712-1778) – выдающийся мыслитель и писатель эпохи Просвещения.

В «Исповеди», поразительной по откровенности (по крайней мере, для XVIII века), Руссо подробно описывает пятьдесят три года своей жизни. Это попытка обнажить истинные мотивы действий человека и – почти всегда – найти для них оправдания. Руссо не утаивает того, что воровал, отдал собственных [детей в воспитательный дом, жил за счет богатых дам, делится самыми интимными чувствами. Он пишет, как увлекался людьми и как рвал с ними, описывает все свои обиды и горькие заблуждения. Действующими лицами в его повествовании являются Дидро, Вольтер, барон фон Гримм, множество благосклонных к нему женщин. На суд широкой публики это сочинение было вынесено лишь спустя четыре года после смерти автора, в 1782 году. Тогда же увидели свет «Прогулки одинокого мечтателя» (1776-1778), которые продолжают автобиографическую тему в форме философских эссе и подводят черту под всей жизнью и творчеством Жан-Жака Руссо.

Эти сочинения позволяют составить впечатление о личности Руссо – весьма противоречивой и тем не менее оказавшей огромное влияние на век Просвещения.

Всем привет, меня зовут Томми Ли! Я родился в Афинах в 1962 году, а уже в 17 лет открыл для себя мир рок-н-ролла. Я присоединился к Mötley Crüe, и мы стали одной из самых крутых рок-групп в истории: 40 миллионов проданных альбомов, хаос на концертах по всему миру, сотни тысяч возмущенных родителей и их возбужденных дочерей. Что еще? Я трижды был женат: один раз, кстати, на Памеле Андерсон! Но, думаю, об этом вы помните и без меня. Я много дрался и несколько раз оказывался за решеткой.

Но книга не только об этом! Это не обычная автобиография, состоящая из скучных фактов обо мне. Я хочу раскрыть и те мелочи, которые считаю самым важным в своей жизни: как я готовлю стейки, что думаю о таблоидах и своих бывших женах, как я отношусь к своей музыке и наследию Mötley Crüe. А еще открою секрет о том, чем занимаюсь каждое воскресенье. Я расскажу вам и факты, но моя главная миссия – нарисовать картину всей моей жизни. Я хочу показать, чем пахнут мои воспоминания, какого они цвета и какие на вкус. За годы драк, конфликтов, споров и судебных заседаний я усвоил одну простую вещь – у каждого своя правда. Эта книга – моя истина. Так что критика здесь не принимается.

Занимайте места в автобусе, и добро пожаловать в тур! Соблюдайте технику безопасности и внимательно слушайте все, что я собираюсь рассказать. Но должен предупредить: если у вас обостренное чувство морали или вы несовершеннолетний, немедленно отложите эту книгу – боюсь, нам с вами не по пути. Прошли проверку? Тогда пристегивайтесь, мы стартуем.

Уходят годы. Уходят люди – участники и свидетели тех важных дел и событий. Той жизни, жесткой работы, милых концертов и теплых дружеских улыбок и аплодисментов. Друзья мои, степняки Бет-Пак-Далы! Вспоминается больше хорошего, веселого и доброго. Это и помогло сделать дело и выжить, чтобы всегда помнить жаркие и студеные годы жизни в Казахстане.

«Одно воспоминание для меня неизгладимо. Лет двенадцать назад, в бесцветный петербургский день, я провожал гроб умершей. Передо мной шел большого роста худой человек в старенькой шубе, с непокрытой головой. Перепархивал редкий снег, но все было одноцветно и белесовато, как бывает только в Петербурге, а снег можно было видеть только на фоне идущей впереди фигуры; на буром воротнике шубы лежали длинные серостальные пряди волос. Фигура казалась силуэтом, до того она была жутко не похожа на окружающее. Рядом со мной генерал сказал соседке: „Знаете, кто эта дубина? Владимир Соловьев“. Действительно, шествие этого человека казалось диким среди кучки обыкновенных людей, трусивших за колесницей. Через несколько минут я поднял глаза: человека уже не было; он исчез как-то незаметно – и шествие превратилось в обыкновенную похоронную процессию…»

«Время летит. Не успеете вы оглянуться, и живые люди уже перешли в царство теней. Летит оно в последние годы с такой же предательской быстротой, как для тех, кто должен высиживать месяцы и годы в одной комнате; а с ним стушевывается в памяти множество фактов, штрихов, красок, из которых можно создать нечто, или – по меньшей мере – восстановить…»

«К какой бы национальности ни принадлежал человек, будь он хоть самый завзятый немецкий или русский шовинист, он все-таки должен сознаться, приехавши в Париж, что дальше уже некуда двигаться, если искать центр общественной и умственной жизни. Мне на моем веку приходилось нередко видеть примеры поразительного действия Парижа на людей самых раздраженных, желчных и скучающих. В особенности сильно врезалось в память впечатление разговора с одним из наших выдающихся литературных деятелей, человеком не молодым, болезненным, наклонным к язвительному и безотрадному взгляду на жизнь. Он, кажется, лет до пятидесяти не выезжал из России. Болезнь погнала его за границу, где он сначала жил на водах и на юге, а под конец попал в Париж…»

«В Тургеневе прежде всего хотелось схватить своеобразные черты писательской души. Он был едва ли не единственным русским человеком, в котором вы (особенно если вы сами писатель) видели всегда художника-европейца, живущего известными идеалами мыслителя и наблюдателя, а не русского, находящегося на службе, или занятого делами, или же занятого теми или иными сословными, хозяйственными и светскими интересами. Сколько есть писателей с дарованием, которых много образованных людей в обществе знавали вовсе не как романистов, драматургов, поэтов, а совсем в других качествах…»

«У каждого из нас порой опускаются руки.

Быть может, прямо сейчас вы чем-то сильно обеспокоены или даже готовы впасть в отчаяние. Что-то не так в учебе. Проблемы на работе. Заболел ребенок. Вас не понимают окружающие. „Почему мир так несправедлив ко мне?“ – мысленно сокрушаетесь вы.

Привет! Меня зовут Денис, мне 35 лет, и вот уже 23 года я живу без рук. Я и подумать не мог, что, пережив ампутацию в юном возрасте, достигну в жизни немалых высот и однажды напишу целую книгу, где поделюсь собственной историей с сотнями незнакомых мне людей.

Эта книга – моя исповедь. На ее страницах я предельно откровенен с вами, впускаю в свою жизнь, раскрываю мысли и чувства. Рассказываю о пройденном пути, ничего не тая и не приукрашивая. Я включил в повествование даже те моменты, которые принесли боль и обиду и о которых предпочел бы забыть, – перед вами настоящая жизнь, как она есть, а не отретушированная картинка в социальной сети».

«Есть два Ренана: один – полулегендарный, другой – настоящий, реальный, оставшийся в памяти тех, кто имел случай хоть немного знавать его. И вряд ли конец нашего века создал еще одну личность, где бы между нравственным обликом человека, сочиненным в известных сферах, и его живым, неподдельным типом, было так мало соответствия…»

«Мое личное знакомство с Л. Н. Толстым относится к пятилетию между концом 1877 года (когда я переехал на житье в Москву) и летом 1882 года. Раньше, в начале 60-х годов (когда я был издателем-редактором „Библиотеки для чтения“), я всего один раз обращался к нему письмом с просьбой о сотрудничестве и получил от него в ответ короткое письмо, сколько помнится, с извинением, что обещать что-нибудь в ближайшем будущем он затрудняется…»

«День 22-го августа 1883 года, который сегодня вся истинно грамотная Россия вспоминает с сердечным сокрушением, не мог не вызвать в нас, давно знавших нашего великого романиста, целого роя личных воспоминаний… Но я не хотел бы здесь повторять многое такое, что мне уже приводилось говорить в печати и тотчас после кончины Ивана Сергеевича, и в день его похорон, и позднее – в течение целой четверти века, вплоть до текущего года, до той беседы с читателями, где я вспоминал о некоторых ближайших приятелях Тургенева, и литературных и, так сказать, бытовых…»

Любовная история и приключенческий роман под одной обложкой.

Коринна с женихом отдыхает в Кении, наслаждаясь экзотическим колоритом и белоснежными пляжами. Но случайная встреча с воином племени масаи меняет всю ее жизнь. Не в силах думать ни о ком другом, Коринна бросает жениха и свою обеспеченную жизнь в Швейцарии. Она переезжает в кенийскую деревню к любимому африканцу, чтобы выйти за него замуж. Смогут ли влюбленные удержать свое счастье и быть вместе, несмотря на все трудности?

В этой книге мы вспомнили про 17 трудных проектов, в которых все пошло не по плану. Все истории реальные, мы поменяли только имена, чтобы кого-то ненароком не обидеть. В героях книги многие коллеги узнают и своих заказчиков. Кто-то прольет горькую слезу, кто-то вздрогнет, вспоминая эпопею кошмарного проекта. А кто-то в процессе чтения переоценит своих заказчиков и пошлет им несколько сердечных смайликов в благодарность за адекватность. Книга содержит нецензурную брань.

Виктор Музис. Москвич. Геолог. Окончил МГУ. Отслужил в армии, получив звание офицера. Работал в районах таежной заполярной Якутии – в Забайкалье, на Колыме, в Верхоянье, на Сибирской платформе и Анабаре. В рассказе публикуются наблюдения автора за природой Сибирского края и тех дарах, чем она одаривала в виде ягод и грибов.

Сладкое – это вкус, который завораживает нас с самого детства. Мы наслаждаемся шоколадом, пирожными, тортами и множеством других сладких угощений, но редко задумываемся о том, какими усилиями создаются эти прекрасные деликатесы. За каждым вкусом стоит невероятный труд и самые нежные нити мастерства. В «Сладкой стране» мы погрузимся в истории мастеров кондитерского искусства. Узнаем о непростых путях к успеху, о надеждах и страстях, которые пронизывают сердца этих талантливых людей.