Скачать книги категории «Биографии»

Немного найдется женщин на свете, которых так любили, и которым так рассказали о своей любви… Эта женщина была музой Бетховена и невенчанной супругой композитора в последние годы его жизни, ей посвятил он свое знаменитое музыкальное послание «К Элизе». Но настоящее имя ее Бетховен не открыл свету, и на то были веские причины. Только после смерти композитора стало известно, как звали «Элизу» в действительности.

Трудно найти другую столь известную в нашей стране семью, которая бы могла превзойти этот старинный дворянский род по числу одаренных личностей. К ним можно относиться по-разному – не любить их самих или творчество, не разделять взглядов, не соглашаясь с высказываниями по разным поводам, но нельзя отрицать их талантливости. Причем здесь, опровергая правило, природа на потомках не отдыхает. У Михалковых-Кончаловских художественно одарены все – от великого русского живописца Василия Сурикова до его правнуков, кинорежиссеров с мировым именем – Андрона Кончаловского и Никиты Михалкова, не говоря уже об их отце, «советском Крылове», баснописце Сергее Михалкове, авторе двух гимнов нашей страны. Для народа они – кумиры, для власти всегда, при разных правителях и даже при разных социальных устройствах, – любимцы, этой властью обласканные, неизменно находящиеся на вершине российского Парнаса. О феномене российской элиты – семействе Михалковых и Кончаловских, их родословной, берущей начало еще со времен Ивана Грозного, и роли в нашей культуре – книга Нелли Гореславской.

Лариса Рейснер встретилась с Николаем Гумилевым почти сразу после того, как он женился на Анне Ахматовой. Вспышка их любви приходится на 1916 год. Эта женщина стала музой поэта, он посвятил ей немало стихов, поэму «Гондла», героине которой дал имя «Лери». Однако вскоре их взгляды на происходящее разошлись: впереди была революция, гражданская война. Он во Франции, она уже на фронте… В одном из стихотворений поэт обращается к Ларисе: «Нежный друг мой, беспощадный враг». Они расстались, красно-белый роман заглох, но эта любовь, как молния, озарила весь Серебряный век. Лариса писала потом матери: «Если бы перед смертью видела его – все бы ему простила, сказала бы: никого не любила с такой болью, с таким желанием за него умереть…» «Лариса Рейснер увела от меня Гумилева», – признавалась много лет спустя Анна Андреевна Ахматова.

В эту книгу вошли документы, воспоминания и записки очевидцев революции 1917 г.: русского поэта Александра Блока, члена Комиссии Временного правительства по расследованию деятельности царского правительства, английского журналиста Р. Вильтона, побывавшего на месте расстрела царской семьи в Екатеринбурге, и офицера Генерального штаба русской армии генерала Ю. Данилова, знавшего долгое время Николая II. При всей разности взглядов этих авторов на роль и фигуру последнего русского императора, их свидетельства дают читателю возможность сделать собственный вывод о трагедии февраля 1917-го – июля 1918 г.

Трагическая смерть Дмитрия Михайловича Балашова (1927–2000), выдающегося исторического романиста, филолога-фольклориста, просветителя, потрясла. Хотя не раз ходил он под топором и жизнь положил на плаху. Писатель рассказывал, как перед каждой очередной книгой его «то убивали, то пытались посадить, а то и сажали в сумасшедший дом». А сколько претерпел он, защищая от уничтожения памятники старины, храмы, великое наследие Отечества? Он был максималистом и успел сделать много, очень много для одного человека. А главным делом жизни оставались книги – его повесть «Господин Великий Новгород», роман «Марфа-посадница», знаменитая серия романов «Государи Московские» вошли в золотой фонд отечественной литературы. Не менее насыщенными были последние годы Дмитрия Михайловича. В перестроечное время он защищал национальное достоинство русского народа, отстаивал целостность России. Беспощадно обличал политиков-предателей. Чем нажил кучу врагов разных уровней.

Настоящее издание посвящено истории развития предпринимательства в России на протяжении XVIII-XIX веков. Это увлекательный рассказ о таких славных династиях, как Демидовы, Третьяковы, Мамонтовы, Абрикосовы, и о многих других, чьи имена незаслуженно забыты или вспоминаются редко, хотя благодаря именно этим людям Россия уже в конце XIX – начале XX века оказалась в числе главных партнеров на мировом рынке. Не случайно Брокары, Нобели и другие европейцы стали русскими предпринимателями и занимались бизнесом в Российской державе.

Эта книга – взгляд изнутри. Повествование человека, который не понаслышке знает о закулисной и закрытой стороне существования духовного сословия. Правда и ничего кроме правды – таков замысел автора. «Очень часто, когда я появлялась на улице с мужем, нас спрашивали: „Батюшка, а разве священникам можно жениться?“. Совсем позабыли родную литературу, сказку Пушкина „О попе и о работнике его Балде“. Попадья-то там имелась…» А откуда они берутся, попадьи? Почему в семьях священников обычно много детей? Почему матушка за рулем до сих пор шокирует окружающих? Почему те личности с крестами и в рясах, что ходят по вагонам метро и электричек, стопроцентные самозванцы? Портит ли священников квартирный вопрос? Почему к священнику неприлично обращаться со словами «святой отец»? Почему священники не любят кагор и крайне редко его пьют? И еще множество вопросов, на которые отвечает Юлия Сысоева, жена священника, красивая и образованная молодая женщина, у которой, пока книга готовилась к печати, родилась третья дочь.

В своей книге автор, прошедший пехотинцем сражения на Курской дуге, Львовскую, Висло-Одерскую и Берлинскую операции, рассказывает о том, что он видел, будучи командиром взвода танкового десанта: быт красноармейцев с их простыми радостями в виде сна и горячей пищи, монотонным трудом, желанием выжить и постоянным ощущением близкой смерти. Особого внимания заслуживают описания боев. То, что попадает в поле зрения автора, носит хаотичный, не всегда оправданный характер. Часто он не представляет ни цели, ни смысла того или Иного приказа, не знает, где соседи и куда надо двигаться, но при этом с честью выходит из тяжелых положений. Все это вместе с несомненным даром рассказчика делает книгу интересной читателю.

С его именем шли в бой и умирали за Родину.

В его честь назвали «десять сталинских ударов», сломавших хребет Вермахту.

Его величали «архитектором Великой Победы».

Сама эта Победа считалась главной его заслугой.

Все изменилось после смерти Вождя. С нелегкой руки Хрущева славословия в адрес И.В.Сталина разом сменились обличениями и проклятиями: мол, это он «обезглавил армию», он один виноват в трагедии 22 июня, и все огромные потери и жертвы Великой Отечественной – целиком на его совести…

Но недаром говорят, что великое видится на расстоянии. Теперь, более полувека спустя, настало время объективно оценить роль Вождя в разгроме гитлеровской Германии и его личный вклад в нашу Победу; пришла пора дать окончательный ответ на вопросы:

Повинен ли Сталин в поражениях Красной Армии 1941–1942 гг.?

Сделал ли он все необходимое для обороны страны?

Заслуживает ли звания «организатора наших побед»?

Была ли Победа в Великой Отечественной войне достигнута «вопреки Сталину» или благодаря ему?

Нет ни одного человека, который был бы равнодушен к происходящему в нашей стране. Известный своими провокационными книгами журналист Владимир Соловьев сделал попытку беспристрастно рассказать о том, от кого зависит будущее России. Путин: трансформация личности в президентском кресле; кумиры и учителя; «заклятые» друзья и «верные» враги; таинство кадровых назначений; борьба с олигархами; борьба с коррупцией; эволюция партийной системы; что нас ждет в будущем – это далеко не полный перечень вопросов, которые затронуты в этой книге.

Автор этих воспоминаний – один из ленинградских поэтов круга Анны Ахматовой, в который кроме него входили Иосиф Бродский, Анатолий Найман и Евгений Рейн. К семидесятым годам, о них идёт речь в книге, эта группа уже распалась, но рассказчик, по-прежнему неофициальный поэт, всё ещё стремится к признанию и, не желая поступиться внутренней свободой, старается выработать свою литературную стратегию. В новой книге Дмитрий Бобышев рассказывает о встречах с друзьями и современниками – поэтами андеграунда, художниками-нонконформистами, политическими диссидентами, известными красавицами того времени… Упомянутые в книге имена, одни весьма громкие, другие незаслуженно забытые, представлены в характерных жестах, диалогах, портретных набросках, письмах и драматических сценках.

Роман охватывает период с 1958 года, когда в печати впервые появились стихи Руслана Киреева, по 2007-й, в котором была завершена эта книга. В ней на широком общественно-политическом фоне запечатлены события личной и творческой жизни автора, большинство из которых нашли отражения в его художественных произведениях. Теперь с их героев сняты маски, и они (вернее, их прототипы) представлены перед читателями такими, какими были в реальной жизни, под своими собственными именами. Каждому году посвящена отдельная глава, которая заканчивается «крупным планом». Это – своего рода портреты писателей, с которыми судьба сводила Киреева на протяжении полувека. Катаев и Рубцов, Светлов и Лакшин, Солженицын и Евтушенко, Астафьев и Розов, Маканин и Михалков, Ким и Залыгин… Но главный герой «романа без масок» – это сам автор, написавший беспрецедентную по откровенности и беспощадности к себе исповедь.

В этой книге я хотел рассказать не только о себе, но и о людях, взрослых и сверстниках, окружавших меня в детстве и отрочестве. Мне хотелось рассказать о Москве и московской жизни, какими я запомнил их в те давние годы. Хочется надеяться, что мой рассказ будет интересен читателям разных поколений: моим ровесникам, их родителям и детям.

Александр Колчинский

«Преподавателям слово дано не для того, чтобы усыплять свою мысль, а чтобы будить чужую» – в этом афоризме выдающегося русского историка Василия Осиповича Ключевского выразилось его собственное научное кредо. Ключевский был замечательным лектором: чеканность его формулировок, интонационное богатство, лаконичность определений завораживали студентов. Литографии его лекций студенты зачитывали в буквальном смысле до дыр.

«Исторические портреты» В.О.Ключевского – это блестящие характеристики русских князей, монархов, летописцев, священнослужителей, полководцев, дипломатов, святых, деятелей культуры.

Издание основывается на знаменитом лекционном «Курсе русской истории», который уже более столетия демонстрирует научную глубину и художественную силу, подтверждает свою непреходящую ценность, поражает новизной и актуальностью.

Впервые в издании на русском языке личность Наполеона Бонапарта и факты его биографии рассматриваются с точки зрения современной теории менеджмента. Одна из самых знаменитых и величественных фигур в мировой истории – пример выдающихся управленческих качеств и источник поистине бесценного опыта для размышлений на тему о парадоксах власти и причинах головокружительных подъемов и спадов в жизни и бизнесе.

Эта книга повествует об одном из наиболее интригующих и загадочных случаев любви между пациенткой и ее психотерапевтом в истории психоанализа. Рассказывается о судьбе Сабины Шпильрейн, прожившей жизнь, полную драматизма и творческих свершений, ее страстной любви к К.Г. Юнгу, дружеских отношениях с З. Фрейдом, а также мало известных широкому читателю подробностях личной жизни основоположников психоанализа. Проникшись идеями своих великих терапевтов, Сабина сама стала известным психоаналитиком. Совсем по-иному повернулась ее судьба после переезда в Советскую Россию.

304 года правила Россией династия Романовых. За это время возникло одно из самых сильных и могущественных государств мира – Российская Империя. Великой Империя была не только своей территорией и природным потенциалом, но прежде всего духовной мощью, высочайшей культурой и замечательным взлетом научной мысли. Огромный вклад в создание этой уникальной цивилизации внесли представители рода Романовых: не только те из них, кто занимал российский престол, но и все их многочисленные родственники – каждый на своем месте, в своей области. Но династия эта хранила и множество тайн. Некоторые никогда не будут раскрыты, а над некоторыми историки постепенно приоткрывают завесу. Неравные браки, внебрачные дети, загадочные смерти, тонкости престолонаследия – великое множество памятных, блестящих, грозных и грустных страниц, читать которые всегда чрезвычайно интересно.

«Однажды, во время путешествия по Америке, мы с Ильфом поссорились. Произошло это в штате Нью-Мексико, в маленьком городе Галлопе, вечером того самого дня, глава о котором в нашей книге „Одноэтажная Америка“ называется „День несчастий“. Мы перевалили Скалистые горы и были сильно утомлены. А тут еще предстояло сесть за пишущую машинку и писать фельетон для „Правды“…»

«Карл, принц Уэльский, старший сын короля Карла I и супруги его Генриэтты Французской, родился 29 мая 1630 года. Прелестным лицом он походил на мать, а нравом был в дедушку, в покойного короля Генриха IV. Не знаем, какие планеты играли главные роли в гороскопе новорожденного, но уверены, что первое место между ними принадлежало Венере… Звезда богини любви, во все продолжение жизни Карла II, была его путеводницей, а он ревностнейшим ее жрецом. Влюбчивый в детстве, ненасытно сладострастный в юности и в зрелых годах, развратный в старости – Карл II постепенно превращался из эпикурейца в циника, подавая пример крайней разнузданности нравов всему двору…»

«Перья французских романистов и кисти французских живописцев окаймили отрубленную голову Карла I такой лучистой ореолой мученика, что у нас едва хватает духу говорить о нем как о человеке обыкновенном, даже довольно слабом и бесхарактерном. При имени Карла I (мы уверены) в воображении просвещенного читателя является портрет Ван Дейка: гордо подбоченившаяся фигура и худощавое лицо с закрученными усами и остроконечной бородкой; лицо, имеющее некоторое сходство с лицом кардинала Ришелье, только без выражения лукавства, свойственного последнему…»

«В биографическом очерке Сигизмунда Августа, короля польского, мы говорили о вредном влиянии на характер мужчины воспитания его в кругу женщин; теперь, приступая к жизнеописанию Людовика XIV, нам приходится повторить то же самое. Внук флорентинки и сын испанки, Людовик был одарен пылкой, страстной, неукротимой натурой. На попечение воспитателя своего Перефикса, епископа родезского (впоследствии архиепископа парижского), он отдан был уже в отроческих летах, когда к сердцу его были привиты многие дурные качества – неискоренимые…»

«В числе немногих спутников, сопровождавших королеву-изгнанницу в Блуа, находился и епископ Арман дю Плесси Ришелье. Эта приверженность опальной Марии Медичи была бы достойна похвалы и удивления потомства, если бы почтенным прелатом не руководили в этом случае осторожность и своекорыстие. Оставаться в Париже, при дворе, где владычествовал де Люинь, было опасно и нерасчетливо. Поклоняться временщику, признавать его главенство над собою – этого Ришелье, по уму и по гордости, позволить себе не мог…»

«Детство и юность Марии Медичи протекли весьма печально и именно при той неблагоприятной обстановке, которая всегда дурно влияет на характер, особенно на характер девушки. Матери своей, Хуаны Австрийской, Мария лишилась, имея от роду пять лет. Отец, Франциск Медичи (см. выше), занятый своей алхимией и Бьянкой Капелло, нимало не заботился ни о Марии, ни о ее старшей сестре. Принцессы росли на попечении наставниц и гувернанток, выбранных из среды придворных дам, вообще не отличавшихся ни образованием, ни строгостью нравственных правил. Если принцессам не приводилось быть свидетельницами или участницами распутных пиршеств и оргий, то до слуха их доходили рассказы о скандальных приключениях при дворе, об интригах вельмож, о каверзах ненавистной принцессам их мачехи Бьянки Капелло…»

«К разочарованию в жизни и совершенному отчаянию человек может дойти двумя диаметрально противоположными путями: или благодаря неизменному счастью, или, напротив, вследствие постоянных неудач и обманутых надежд… Точно то же, что и в организме человека, который от голода умирает с теми же самыми симптомами воспаления желудка, с которыми он умирает от его переполнения. Крайности сходятся…»